Menu

«Расистов я презираю. Не знаю, почему я это сделал». Дело об избиении чеченца.

«Уважаемый Суд, там никаких расистских лозунгов не было. Его просто матом обзывали», - давал показания в понедельник один из обвиняемых в избиении чеченского подростка. Происшествие произошло в начале июня в Белостоке в городском автобусе.

По данным прокуратуры, трое обвиняемых жителей Белостока: 29, 26 и 25-летний парни избили и оскорбили на почве расовой принадлежности чеченского подростка. Они били его и кричали: Polska dla Polaków, rosyjskie kurwy jebane, idźcie do swojego kraju Czeczeńcy и jebani Czeczeni. На прибывшем с Кавказа мигранте дело не закончилось. Несколько часов позднее эти самые мужчины побили поляка у магазина, плюс к этому двумя неделями позже один из них взломал автомобиль и, угрожая водителю, украл кошелек.

Во время допроса в первый день следствия в белостокском окружном суде наиболее часто повторяющимися словами из уст обвиняемых были: «алкоголь», «пьяный», «не помню», «я не расист», а также «прошу простить за содеянное».

«Я не помню этого. Может, в сумерках и была какая-то драка в автобусе. Я признаюсь в избиении, но не в расизме. Я не имею никаких расистских наклонностей, я презираю их. В Англии я работал с разными людьми, со всего мира, никогда мне это не мешало. Муж сестры - индус, мы дружим. Лишь в полиции мне сообщили, что тот, кого я побил – из Чечни», - говорит Гжегож А., 29 лет, начальное образование, лечился психиатрически по причине алкоголизма. В суд приехал в наручниках, с июня сидит в следственном изоляторе.

«Какова была причина, по мнению обвиняемого, зайти в автобус?» - спросила судья Изабелла Комажевска.

«Причиной происшествия в автобусе был алкоголь», - рассказывал обвиняемый.

«А из чего следует ваше выборочное отсутствие памяти? Вы помните, что происходило перед тем, как вы сели в автобус. Вы помните, что происходило потом. А того, что было в процессе – нет», - спрашивал обвинитель.

«Я сам над этим замывался. Может быть, потому, что несколько дней назад я прекратил прием психотропных лекарств», - допускал обвиняемый, добавляя, что так у него бывало.

Их показаний троих мужчин следовало, что в тот вечер у них было много алкоголя. Один выпил несколько бутылок пива и две бутылки водки, второй только пиво. После событий в автобусе они купили себе еще коктейли и шампанское.

«В этот день я раньше закончил работу, пил уже с 11 часов. В 16 часов я потерял сознание, и пришел в себя только в комиссариате, когда полицейские сказали мне, что я расист и избил какого-то россиянина», - говорил Петр Г. Он также извинялся за то, что произошло, а также подчеркивал, что с расистами никогда не имел ничего общего, а иностранцы ему не мешают. Лечился в психиатрии по причине алкогольной болезни. Вдобавок, судим за кражу.

Лучше всего происшествие в автобусе запомнил третий из обвиняемых, Адам М., двоюродный брат Гжегожа А. Как сам подчеркивал, он был тогда трезвый. С чего, однако, началось избиение Абдула Исламова, не заметил, смотрел в этот момент на девушек.

«Может, и Гжесек его ударил. Я пытался их разнять, потом этот парень убежал в сторону водителя. Уважаемый Суд, там никаких расистских лозунгов не было. Его просто матом обзывали…», - объяснял Адам М., также подчеркивая, что к иностранцам «никакого негатива не имеет».

Сам пострадавший событие запомнил несколько иначе. Подчеркивает, что, несмотря на не очень хорошее знание польского языка, он уверен, что был избит исключительно по причине национальности.

«Я ничего им не говорил, чтобы не провоцировать. Один меня держал, двое избивали. Я когда-то занимался борьбой, мне удалось вырваться, я убежал в сторону водителя, просил, чтобы тот вызвал полицию. Но тот отказался. Я этого всего точно не помню, у меня другие проблемы в голове, больное сердце, скоро у меня будет операция. После того, как меня побили, меня рвало кровью», - говорил подросток. Его семья имеет довольно негативный опыт польской «гостеприимности». Несколько недель назад, в конце апреля, неустановленные до сих пор люди пытались ночью живьем сжечь семью его брата.

В понедельник суд интересовался также тем, что случилось в середине июня в Крылянах. По мнению обвинителей Гжегож А. уже самостоятельно должен был затерроризировать пару молодых людей, заставляя их отвезти его на автомобиле в город.

«В тот день мама на меня кричала. Я вышел из дома, купил три пива, пол литра и колбасу. Поехал на такси в аэропорт», - вспоминает обвиняемый.

«И что вы там делали?», - спрашивает судья.

«Сидел на пеньке, загорал, смотрел на летящие самолеты, пил пиво. Потом зажег костер и испек колбасу. Но огонь погасил. Хотел вернуться домой, но у меня не было телефона вызвать такси, и я сел в эту машину. Что происходило потом, я не помню. Получается, что я кого-то побил и отобрал кошелек. У меня так бывает, что я не помню, когда смешиваю алкоголь с лекарствами. Я за это все хочу извиниться, исправить это всё. С июня я сижу в тюрьме, чувствую себя так, будто кого-то убил. Мне очень даль», - говорил Гжегож А.

Очередное заседание суда по этому делу – в середине ноября.

Ссылка на источник