Menu

Борьба держав

Евразия стала большим театром борьбы за правление. Доминация на этом мегаконтиненте имеет фундаментальное значение для расклада сил в мире.

Речь идет о том, что если Соединенные Штаты хотят сохранить позицию единственной ссверхдержавы, то они не могут допустить появления новых сил в Евразии. В этой большой игре имеют значение большие объекты, такие как Китай, ЕС или Россия, есть, однако, другие регионы особого значения с точки зрения их географического расположения, так называемые, геополитические стержни.

В Азии странами невралгического для Америки значения являются, например, Южная Корея, Япония и Тайвань – а, следовательно, это территории, благодаря которым США контролируют морские торговые маршруты, необычайно важные для Китая. Размещение там американских военных баз дает Вашингтону перевес над Пекином.

Кроме того, эти «геополитические стержни» с точки зрения на свое стратегическое положение якобы ненарушимы. Их перестановка меняет весь расклад сил. Поэтому державы особенно заинтересованы судьбой государств стратегического расположения. США никогда себе не позволит, чтобы кто-то нарушил территориальную интегральность Тайвани или Северной Кореи. Потому что это сильно укрепляло бы Китай.

По причине того, что США причисляют Украину к группе политических стержней, они стараются сегодня также реагировать в этом вопросе. Не делают этого ни Германия, ни Британия, ни вообще в целом Евросоюз. Эти страны ведут в отношении России дольно частную и ограниченную игру, стараясь получать большую выгоду в торговле сырьем с Москвой. Этатистическая, бюрократизированная до предела экономика Евросоюза не выдерживает во многих местах мировой конкуренции. Отсюда мощная экономическая капельница в виде якобы дешевого энергетического сырья из России – это необычайно важная вещь. В том числе, поэтому на европейском уроне мы имеем дело больше с обманом евросоюзных руководителей, чем с сильной реакцией в вопросе Украины. Для европейских стран геополитические цели скорее редуцированы до исключительно экономического понятия. В свою очередь, более амбициозные круги имеют порой антиамериканский настрой и российский лозунг вытеснения Америки из Евразии может им понравиться.

Для них это очередной повод не вступать в мощную борьбу с Москвой.

Чтобы понять, какое геостратегическое значение для США имеет Украина, нужно себе уяснить, что Россия не в состоянии играть могущественную роль как евроазиатская держава. В свою очередь, не подлежит сомнению, что на Украине фундаментальное значение имеет Крым, ведь там размещены базы российского Черноморского флота. Без доступа к этим базам Россия теряет возможность реагирования на Ближнем Востоке, нет также хорошей связи со средиземноморской Европой. Потеря контроля над Украиной подталкивала бы Россию к экспансии в азиатском направлении. По правде говоря, это возможно, потому что Россия имеет огромные территории на Востоке, Тихий океан же – это главная территория современной международной торговли.

Однако же попытка создания российской державы в Азии должна была бы соединяться гигантским конфликтом с Китаем, который был бы практически без шансов на победу России. Тем временем, хорошие отношения России с Германией и другими западно-европейскими странами дают определенную надежду на построение в Москве бизнес-центра для Европы (классически определяемой от Атлантики до Урала).

Игра за Украину имеет необычайную важность для России, а также для американцев. Американцы отдают себе отчет, что не могут отпустить борьбу за «геополитический стержень», потому что его потеря изменит конфигурацию сил в евро-азиатском регионе. Зарубежная политика США времен правления Барака Обамы имеет сильный оборонительный характер, однако, и она должна считаться со стратегическими интересами Америки. Остается лишь вопрос, до какой степени Вашингтон вмешается в украинские вопросы (в любом сучае, Россия в последнее время является для американцев партнером, хотя бы даже в вопросе отношений с Китаем), до какого также уровня он захочет войти на Украину со своим капиталом. Конечно, свою игру во всей этой ситуации ведет также Германия. Она не хочет сильно «нарваться» на Москву (она имеет с ней слишком широкие экономические интересы), но с уверенностью использует каждый шанс, чтобы отметить свое экономическое присутствие на Украине. Их тактика постепенного поиска для себя рынков сбыта в Европе с уверенностью и здесь находит свое отражение.

Американцы по-прежнему в состоянии давить на Москву путем встрясок на биржевом рынке (падение стоимости рубля по отношению к доллару), но Россия обещает, что откажется от удержания своих валютных резервов в долларах, что конечно на этот раз американцы могли почувствовать весьма болезненно. Многое указывает на то, что в вопросе Украины дойдет до какой-то торговли и, возможно, уклада, который будет гарантировать геостратегический статус-кво для обеих стран.

Исключительная активность американцев в вопросе Крыма может иметь еще один контекст. В конце февраля Кремль заявил желание построить свои военные базы в регионах, имеющих существенное стратегическое значение для Вашингтона. Речь идет о Кубе, Никарагуа, Венесуэле, Вьетнаме, Сейшелах и Сингапуре. Конечно, такие обещания могут быть лишь запугиваниями со стороны Москвы имеющими цель – заставить американцев выйти из Украины. Может здесь также идти речь о стратегии, идущей намного дальше: глобальная борьба, направленная на вытеснение влияния США из стратегических регионов мира.

Все комментаторы замечают также активность Турции в крымском вопросе. Это имеет связь с историческим прошлым (Турция в прошлом присутствовала в политическом и военном плане среди крымских татар). Анкара стремится сегодня сделать страну региональной державой, и можно сказать, что она имеет на это реальные шансы. Она не в конфликте с США, имеет динамически развивающуюся экономику, хорошее геополитическое положение (контролирует, например, черноморские теснины). Несомненно, ее громкий голос в вопросе российской интервенции в Крыму вписывается также в контекст американской политики. Турция, как союзник Вашингтона, пытается на американско-российском конфликте что-то выиграть; пытается обеспечить себе интересы в регионе. Возможное (в любом значении этого слова) присутствие этой страны в Крыму повысило бы ее престиж в регионе. Полная пассивность в этой ситуации безоговорочно была бы воспринята как выражение слабости.

Ссылка на источник

добавить на Яндекс